Почему Собчак — это плохой проект? Как надо действовать с московскими властями? В чём главная проблема реновации?

В новом выпуске Свиридов. TALK – депутат муниципального округа Преображенское Илья Бер.

Без нас не могут выбрать главу и поменять устав

— Илья, ты выиграл муниципальные выборы в своём, я так понимаю, родном районе, ты там родился, вырос, всю жизнь живешь.

— Да, но за исключением, где то полугода-года скитания в разных местах.

— Не считается. Сколько голосов набрал?

— 1355.

— Это много или мало, какое место занял?

— Это довольно много, 35 процентов, второе место.

— А первое кто?

— Первое место у нас заняла Елена Коминова, она руководитель местного дворца творчества детей и молодёжи, который, в общем, центральное заведение вообще в районе. Но она значится от «Единой России», что логично.

— Сколько у вас вообще депутатов?

— 10 человек.

— И сколько от кого?

— Шесть — «Единая Россия» и четыре независимые.

— И у вас блокпакет?

— У нас блокпакет.

— То есть реально без вас не могут принять бюджет, выбрать главу и так далее?

— Не могут еще поменять устав.

— И законотворческие инициативы тоже нет. И, например, может, ты не всё знаешь, но недоверие к главе управы, это тоже 2/3 и так далее.

— Но, насколько я знаю, истории в Москве про реальные прохождения всей процедуры недоверия к главе управы еще ни разу не было, ну, как минимум, я про это не слышал, это сложная история.

Московские власти ничего не объясняют, пока не приставишь ножик к горлу

— Какие цели?

— Главная цель – разобраться, как это всё работает. Вообще я не могу сказать, что ожидал, что удастся избраться, то есть первая цель, которая стояла, попробовать пройти весь этот путь действительно независимому человеку. Конечно, если бы я шёл один, не факт, что удалось бы, скорее даже не удалось бы, потому что поддержка технологическая от штаба Гудкова – Каца была очень существенная именно для меня.

— Подожди, ты сейчас мне все вопросы съешь. Пока только один вопрос. Цели.

— Цели – разобраться, как это всё работает.

Зачем пошёл в депутаты? Разобраться, как это работает?

— Пошёл в депутаты на волне, просто я много раз отвечал на этот вопрос, не хочется теми же словами.

— Говори теми же словами, со мной первый раз.

— Ну, хорошо. Я понял, что я остаюсь жить в своём районе еще довольно надолго, у меня так сложились семейные обстоятельства, я женился в 2015-м году, у меня родилась дочка, мы купили квартиру в ипотеку, в общем остаюсь. Дальше началась реновация, наша квартира, купленная в ипотеку, попала в реновацию, причем не сразу, летом.

Её включили?

— Включили, приём для нас это немалый удар, потому что мы ее покупали, чтобы делать там ремонт и там жить, так что это был сильный импульс.

— А был на митинге против реновации?

— Был, конечно.

— Твой дом сейчас реально остался в этой программе?

— Он не то что остался, он вошёл туда, уже последним постановлением 1 июля. Он сейчас в программе реновации.

— И когда будут сносить?

— Неизвестно. Это самая главная проблема с этой программой: в том, что люди остаются в полном неведении. У нас московские власти людям никогда ничего не объясняют, пока им не приставишь ножик к горлу, а когда приставишь, часто врут.

— Ну, ты еще успеешь сделать ремонт.

— Опять-таки есть ли смысл? Если в 2020-м году случится, а если в 2027-м, а если в 2030-м, а если никогда? То есть вхождение дома в программу реновации просто ставит кучу вопросов, особенно для тех районов, где нет стартовых площадок, и неизвестно, откуда и когда они могут взяться.

— То есть пока и непонятно, где строить будут?

— Нет.

— Да, это интересно. Я первый раз общаюсь с человеком, который не просто попал в программу реновации, а для которого попадание означает реальные серьёзные жизненные проблемы.

— Совершенно верно. Так что, это один из импульсов. Мне кажется, что я себе в жизни уже доказал, чего-то достиг, я сам себе в жизни хозяин и у меня есть какое-то время. Сейчас я понимаю, что переоценил свои временные возможности, но мне казалось, что у меня есть время, и по-прежнему остается желания и какие-то силы, что-то сделать для своего района. Принести какую-то пользу людям.

Собчак — плохой проект

— Я тебя знаю как телеведущего.

— Главная моя профессия – редактор интеллектуальных игр.

— Ты член партии?

— Нет, мне не очень комфортно быть членом какой-либо партии.

— Как ты попал в команду Каца – Гудкова?

— Случайно. Мне предложили выдвинуться в муниципальные депутаты и, в связи с этим, я наткнулся на проект Гудкова.

— Какой вид агитации использовали?

— Открытка, газета, директ-мейл.

— Сколько всё это стоило?

— В районе 90 тысяч рублей.

— Ты давно в соцсетях, помогло тебе это как-то на выборах?

— Я не думаю, что мои личные страницы мне что-то дали.

— Кто у вас сейчас глава?

— У нас глава не избралась, она сейчас временно исполняющая обязанности, пока новый глава не избрался. Но мы не блокируем вопросы,  полезные для жителей в политических целях.

— Как ты относишься к Навальному?

— Сложный вопрос. Я за него голосовал на мэрских выборах. Голосовал бы на президентских, но считаю, что это будет неправильно и проголосую за Явлинского, если его зарегистрируют.

— Как относишься к Собчак?

— Это плохой проект, я понимаю, зачем она нужна администрации президента.

Пока считаю себя везунчиком

— Чему новому научился за последний год?

— Вся история с муниципальными депутатами — это всё новое. Меня просто бросили в открытый океан, и нужно постоянно мотать руками и ногами, чтобы оставаться на поверхности.

— После выборов характер встреч с жителями изменился?

— К сожалению, пока нет времени встречаться с жителями в том же формате.

— В твоём районе есть большой рынок. Сейчас идёт речь об его уничтожении, расскажи об этом.

— Слухи идут уже больше десяти лет. Там очень сложная структура собственности, рынок является ГУПом. Также он находится на старообрядческой земле.

— Поделись ярким впечатлением из детства

— Первый раз сыграл в брейн-ринг в школе.

— Каким творческим проектом больше всего гордишься?

— Перевёл книгу с английского языка на русский, потом издал её. Книга, посвящённая интеллектуальным играм в Америке. Позже, когда я ездил в Америку, я встречался с автором.

— Главное разочарование в жизни?

— Сложный вопрос. Пока я считаю себя везунчиком.

— Что-то мелкое может быть?

— Есть моменты, где я поступил нехорошо, но я про эти моменты рассказывать не буду, люди с которыми это было связано знают, что я раскаиваюсь за них.

— Что считаешь основной проблемой современного мира?

— Кризис доверия. Трамп, Брексит – это всё кризис недоверия, а после недоверия следующий шаг – война.

— Кац-Гудков — это того же порядка события?

— Это как раз наоборот. Это про то, что люди, которым не платит Госдеп, независимые, могут взять и что-то поменять.

— Что с этим делать?

— Это надо пережить, мир развивается, и идеи и тренды меняют друг друга.

  • 15/01/18