Создали наш спойлер, их задача была оттянуть голоса у нас

 

Здравствуйте дорогие москвичи, сегодня в гостях программы Свиридов.TALK  глава муниципального округа Куркино Илья Светиков. Ты второй раз избираешься главой, оцени, чем отличается та кампания и эта.

В прошлый раз это было спонтанное решение, поскольку я до этого работал в бизнесе и был от этого далёк, я даже не знал, что они (выборы) есть. Занимался общественной деятельностью своего района вместе с соседями. И  за  два месяца до выборов соседи предложили пойти избираться. Пошёл, чтобы владеть информацией по району. Сформировали команду из пяти человек и пошли. Считали хорошим результатом, если пройдёт один человек, а прошло четверо. Всего десять депутатов.

— Как удалось избраться главой в первый раз?

— Поддержали депутаты. «Единая Россия» настаивала на своей кандидатуре, мы на своей. Для меня это был тяжёлый выбор — уйти из бизнеса, так как должность не освобожденная.

— Кем ты работал?

— Я был генеральным директором в компании и техническим директором крупной группы компаний. Решили с семьей, что отдам пять лет району, а дальше решим.

Не пожалел?

— Сложно ответить. Когда начало получаться, пришло чувство, что всё не зря. И в этой кампании у нас была задача не просто выступить, а сохранить статус-кво в районе. Чтобы быть эффективным, определённая часть совета депутатов должна много времени уделять району.

— Ваша команда из 10 человек выиграла 100% мандатов, за счёт чего такой успех?

— Нас знают. Это не просто люди, которые сидели десть лет и ничего не делали. У каждого была та или иная аудитория, каждого кто-то знал: дом, двор. Каждый что-то делал, наша совокупная аудитория уже была большой, если знали одного – голосовали за всех. Также были те, кто считал, что мы отработали хорошо, и оно готовы отдать голоса повторно. Поэтому наша задача была – обеспечить явку. Есть крайнее недоверие партии. Мы шли под лозунгом – Независимые. Шли как жители района, нас объединили общие цели, общие задачи, будем выполнять их достойно.

— У вас явка запредельная — 26%, почему, что за аномалия?

Соцсети, мессенджеры, реклама в интернете, многотысячная группа. Через эти источники доводили информацию до людей, что будет, если они не придут. Также распространяли плакаты с информацией о выборах.

— Так делали все, но ни у кого нет такой явки.

— Наша аудитория сама по себе больше

— Сколько у вас избирателей?

-18000

— Вас было три силы. Вы, «Единая Россия» и команда Гудкова – Каца.

— Структура была сложнее, была как минимум еще одна команда. Создали наш спойлер, их задача была оттянуть голоса у нас.

 

В некоторых вообще нет «Единой России»

— Как вы определили депутатов в команду?

Сделал сразу после выборов. Присматривался к людям, смотрел, кто на что готов и за два года всё было решено.

— Как оцениваешь платформу Кац-Гудков.

— Я противник платформ, которые создают только с целью избраться. В некоторых районах мне не нравится, что люди не знают, зачем пришли. Жители их избирали не для этого, нельзя парализовать работу собрания. Я вижу, что по этим технологиям прошли люди, которые не имели никакого отношения к реальной деятельности и к этим районам. К Гудкову у меня отношение ровное, к Максиму – неоднозначное.

— Не пытался договориться, чтобы не создавать лишнюю конкуренцию?

Попытка была, но нам надо было чем-то пожертвовать, а мы не были в этом так заинтересованы.

— Какое у тебя образование?

— У меня два образования: высшее техническое и второе — финансовый менеджмент.

— Ты технократ?

Не очень нравится мне это слово. Но если говорить шаблонно, то да.

— Как оцениваешь итоги кампании в Москве, ожидаешь изменения в столичном самоуправлении?

— Сложно говорить. Я думал, что «Единая Россия» возьмёт большинство во всех районах. Но в некоторых вообще нет «Единой России». Даже мне это было нелегко, очень много сил и времени было затрачено, я не думал, что столько людей готовы на это. Мне кажется, что партийная система, которая сейчас есть, себя изжила.

— Последствия?

— Могли избираться совершенно неожиданные люди, потому что жители могли голосовать от противного. Риски разбалансировки были высокими. Количество вовлеченных депутатов в структуру как ваша должно быть больше. Все изменения, какие возможны, они могут быть через субъекты Федерации. Сейчас система управления не самая удобная. В основном все решения принимаются на уровне департамента. О системных проблемах СМОМ (Совет муниципальных образований города Москвы – прим. ред.) молчит. По структурам исполнительных органов вижу, что проблемные вопросы не сильно идут наверх. Не думаю, что сейчас структуры местного самоуправления готовы к увеличению полномочий. Некоторые районы не могут выбрать главу. Любые изменения структуры низового уровня должны быть очень аккуратными. Мы до сих пор не сдали полномочия в сфере досуга, спорта. Не для того, чтобы их выполняли структуры местного самоуправления, а потому что мы сами в них не уверены, мы не убеждены, что это решение правильное. Но для некоторых муниципальных округов это решение было правильным.

— Давай пофантазируем, какие изменения могли бы произойти. Ты наверняка следил за диалогом между Кудриным и Собяниным. Там была фраза Кудрина об эксперименте с увеличением полномочий муниципалитетов. И он (Собянин) согласился. Что в принципе могло бы быть предметом этого эксперимента? Давай рассмотрим на примере местного бюджета.

— Да, у нас бюджет сметный, то есть сначала есть смета, а потом под нее подгоняют ответ. Идёт прогноз подоходного налога и по коэффициенту считается. Здесь вопрос не в деньгах. Куда они будут тратить бюджет и смогут  ли. Когда я в первый раз стал главой, у нас свободный остаток остался равен нулю. В итоге у нас к 16-му году свободный остаток был 16 миллионов при том, что мы начали проводить кучу различных соревнований, каждый год день района. Говорить «дайте больше денег» — это бред. Если говорить «дайте полномочий и под них деньги» – это другое.

— Какие полномочия можно получить?

— Всю социалку. Если рассуждать гипотетически, деньги на розыгрыш контрактов. Для меня вопрос, где деньги и кто проводит контракт, он вторичен. Для меня важен вопрос контроля. По 849-му закону нам никто даже акты показывать не обязан. Факт того, что делать остановку задачи и контролировать  ее исполнение, это необходимо. Также участвовать в контроле качества строительства. Я вижу конкретно в Куркино можно минимум участвовать, максимум – управлять.

— По 484-му закону что думаешь?

— Там остались-то копейки. У меня два с половиной  миллиона, мы все выделили на капремонт кровли.

 

Собчак? Вообще не воспринимаю

Что за тема со строительством стены между Куркино и Химками?

— Есть люди, которые очень остро воспринимают, поток людей из Химок. Но это всё шутки.  А вообще это было связано с перегрузкой.

— Какие у вас взаимоотношения с префектом?

— Рабочие, нам делить с ним нечего. У нас есть своя задача и бюджет, у него свои. Не вижу смысла конфликтовать. У меня подход очень простой: мы командой пришли работать на территорию, на благо жителей. Если мы видим, что какая-то программа идёт на вред, мы ее бойкотируем, если программа идёт на благо – поддерживаем. Нет никакой оппозиции.

Здесь, на «Красном Октябре», Фонд развития местного самоуправления проводил дебаты, слышал что-нибудь?

— Слышал, но не смотрел.

— Первая наша тема, которую мы обсуждали, — «Местное самоуправление, это большая политика или реальные дела», что ты думаешь?

— Однозначно реальные дела.

— Интересуешься федеральной повесткой?

­- Конечно, я же гражданин.

— Как относишься к возможному выдвижению Навального?

— Посмотрим сначала на тех, кого зарегистрируют.

— Но он ведет совершенно новый стандарт кампании, как праймериз в Америки.

— Если говорить о нём как о политике, а я его таким и представляю, у него есть вопрос, который он поднимает. На мой взгляд, кандидаты, которые сейчас выдвинулись,  грешат малым опытом. Пока у Алексея непонятно, с кем он будет работать.

Собчак?

— Вообще не воспринимаю.

— Меньше чем через 10 месяцев выборы мэра, знаешь уже своего кандидата?

— Посмотрим, кто зарегистрируется. Тем более президентские выборы первые. Всё может измениться.

— Какую проблему современного мира считаешь наиболее острой?

-Можно начинать от технологического разрыва между странами и заканчивать тем, что мир поделится на две части.

— Самое яркое воспоминание из детства?

— Мой переход из общей школы в одну из самых сильных физико-математических школ. Шаг на пути, каким я стану человеком, был сделан там.

  • 25/12/17